Река, которая течет вверх. Рыбалка.

Что ни день, то у фотографов новый праздник. А будет ли настоящий праздник у рыбаков?

И вот пришел «день тайменя».

— Саня! Быстрее! Сюда! — но, увы, снимать нечего — сорвался огромный таймень с маленького Сашиного крючка, поставленного на хариуса. Но место хорошее — омут глубокий.

Приплыл второй катамаран. За дело взялся Миша. Здесь живет таймень — значит, он будет пойман.

И вот:

— Серега! Саша! Быстрее! Помогайте!

Вода бурлит. Кипит. Там происходит борьба. Не хочет таймень на сушу, оборвать блесну пытается.

И вот приходит помощь Мише:

— За хвост держите! Мордой ведите его, мордой в камни! — втроем вынимают чудо-рыбу.

Хороша!

Победный крик оглашает мир. Вот он — Мишин первенец.

Счастливый Мишка не может выпустить рыбу из своих объятий. Целует ее, как младенца.

Измеряем, взвешиваем — 12 килограммов.

Мы уже представили, какой у нас вкусный будет ужин, но… на глазах удивленной публики рыба отправляется обратно в реку.

—Вы что?! Как есть?! Посмотрите — она же, как человек смотрит! Неужели вам не жалко!?

Не просто понять такую вещь, как спортивная рыбалка! Почему-то рыбакам очень хочется ловить и ловить этих огромных рыбин. Мало того, хочется поймать самую большую. Но ведь всех же не съешь. Вот и разработали способ реанимации тайменей. Говорят, что после такой процедуры рыбы живут, как ни в чем ни бывало.

Итак, что же Миша сделал с рыбой. Перестав с ней целоваться, Мишка бережно опустил рыбу в воду. Поставил мордой вверх по течению и, держа ее за хвост, стал водить ее взад-вперед. Дрогнули жабры — рыба начала дышать. Ожившую рыбу Миша вывел на струю и оставил между камней. Чуть-чуть постояв и придя в себя, рыба вильнула хвостом и исчезла в черной глубине.

А рыбаки все успокоиться не могут. Забрасывают и забрасывают спиннинги. Но больше никто не ловится. Перепугалась рыба, попряталась от них.

Обедать встаем на каменных мостовых у подножия очередного «Замка». Вера готовит обед. Я ухожу «на этюды».

Возвращаюсь. Суета какая-то. Все носятся по берегу. Озабоченные.

Так вот. За это время у них несколько тайменей сорвалось.

За обедом Миша и Саша чернее туч. Саша хмуро молчит. Миша — наоборот, охает, причитает, сердится, ругает себя. После обеда, немного успокоившись и набравшись терпения, рыбаки снова отправляются на поиски счастья.

Рыбаки ловят. Мы же превратились в яростных болельщиков. В воздухе повисло напряжение. Ну? Поймают или нет?

И вот мы все бежим на Мишин крик. Спиннинг его гнется. Вот уже показалась огромная блестящая спина рыбы. Вот она уже рядом. Ура! Поймалась!

Миша пытается аккуратно извлечь блесну и крючок из рыбьей пасти. Но уж очень глубоко они зашли. Для операции этой аж пассатижи понадобились.

— Ох, как сильно поранили. Ох, неужели его придется съесть? А может все-таки отпустить? Может все-таки выживет? Но жалко же, — причитает Мишка.

Только успеваем унести рыбу к костру, как снова крик. У Миши еще таймень…

С этого места еле уплыли.

Вечером лагерем, впрочем, как и всегда, занимаемся мы с Верой и Серегой. Миша с Сашей на берегу…

И снова крик. И снова рыба. И не просто рыба, рыба весом в пятнадцать килограммов.

— Я сам ее вывел! — это полное счастье.

В довершение чудо-дня и Саше удается поймать тайменя. Поменьше, но, значит, тоже дело пошло.

Ужин сегодня столь же фантастичен, как и весь день. Целый пир!

Голова рыбины как раз умещается в кане. Здесь будет уха. Над ней колдует Вера. От разложенной на скатерти туши Миша отрезает сочную мякоть посолить, балычок сделать. Я отрезаю, сколько мне нужно на приготовление котлет. Шкура и хребтики тоже идут в уху. Из наваристого бульона вынимается все, что в нем варилось и помещается по огромному ломтю тайменьего филе. Еще одно блюдо — рыба в кляре. Этого сегодня точно не осилить!

продолжение следует